4-й механизированный корпус

4-й механизированный корпус- войсковая часть 4104

Командиры 4-го механизированного корпуса- генерал-майор танковых войск Михаил Иванович Потапов (4.06.40–17.01.41), генерал- майор Андрей Андреевич Власов (17.01.41–07.41).

Заместитель по политической части- бригадный комиссар Иван Васильевич Зуев, бригадный комиссар Георгий Николаевич Мишинев (23.05.41- 15.08.41).

Начальник штаба- генерал- майор Александр Алексеевич Мартьянов.

Начальник оперативного отдела- полковник Петр Сергеевич Жидков, И. И. Баранов (на лето 1941 г.).

Начальник разведывательного отдела- майор Федор Степанович Афанасьев.

Начальник отдела связи- полковник Василий Алексеевич Левочкин.

Начальник строевого отдела- майор Григорий Михайлович Антонцев.

Начальник отдела тыла- майор Алексей Артемьевич Богданов.

Начальник артиллерии- генерал-майор артиллерии Сергей Петрович Сидоров.

Начальник штаба артиллерии- майор Дмитрий Константинович Бурков.

Начальник артиллерийского снабжения- майор Иван Иванович Гусев.

Начальник автотранспортной службы- майор Василий Федорович Кормилицын.

Начальник инженерной службы- подполковник Петр Александрович Сахновский.

Начальник химической службы- майор Григорий Михайлович Шлыков.

Начальник снабжения- полковник Андрей Николаевич Афанасьев.

Заместитель начальника отдела политпропаганды- полковой комиссар Дмитрий Гаврилович Каменев (3.06.41- 9.12 41).

Состав:

8-я танковая дивизия- в/ч 5427. Командир- комдив Николай Владимирович Фекленко (4.06.40-19.07.40), полковник Петр Семенович Фотченков, полковник Ефим Григорьевич Пушкин.

32-я танковая дивизия- в/ч 9656. Командир- полковник Ефим Григорьевич Пушкин.

81-я моторизованная дивизия- в/ч 5454. Командир- полковник Александр Васильевич Герасимов (до 19.07.40), полковник Петр Михайлович Варыпаев (с 19.07.40), полковой комиссар Степан Иванович Якимов (28.06- 5.07.41), полковник Андрей Павлович Николаев (6.07- 29.07.41).

3-й мотоциклетный полк- в/ч 4144. Командир- майор, подполковник Иван Ильич Муров. Заместитель по строевой части- майор Иваи Аникеевич Абазин. Заместитель по политической части- батальонный комиссар Остап Константинович Петровский. Помощник по снабжению- капитан Михаил Андреевич Сильнов. Начальник штаба- капитан Владимир Иосифович Реутович.

184-й отдельный батальон связи- в/ч 4390. Командир- майор Александр Яковлевич Воронин.

48-й отдельный моторизованный инженерный батальон- в/ч 4255. Командир- капитан Григорий Трофимович Рыбальченко.

104-я отдельная корпусная авиационная эскадрилья- в/ч 1923.

Формирование:

Формирование корпуса началось в июле 1940 года.

Управление корпуса с корпусными частями формировалось в городе Львов, 10-я танковая дивизия- в городе Злочев [Формирование 10-й танковой дивизии описано в разделе 15-го механизированного корпуса]. 8-я танковая дивизия сформирована к 15 июля 1940 года в районе Карлув, Снятын, 20 июля переброшена к месту постоянной дислокации- город Львов.

Управление корпуса и корпусные части формировались на базе управления и соответствующих частей 49-го стрелкового корпуса. Мотоциклетный полк- на базе 53-го и 146-го кавалерийских полков 16-й кавалерийской дивизии.

8-я танковая дивизия формировалась на базе 24-й легкотанковой бригады. Кроме того, на формирование танковых полков дивизии были обращены 51-й и 54-й танковые батальоны 10-й танковой бригады. Гаубичные и мотострелковые полки формировались из 220-го гап 7-й сд и 608-го сп 146-й сд соответственно. В 8-й озад был переформирован 269-й озад 49-ro СК. В сентябре 1940 года 8-й гап получил новую матчасть- 152-мм гаубицы обр. 1938 г.; на замену тракторам ЧТЗ-65 прибыли СТЗ-5. Полк полностью перешел на мехтягу. 20 января 1941 года поступили 122-мм гаубицы образца 1910/30 гг.

В состав корпуса была включена 81-я моторизованная дивизия (город Львов). Она ведет свою историю с 19 ноября 1923 года, когда в Калуге начала формироваться 81-я стрелковая дивизия, личный состав для которой прибыл из 19-й и 35-й стрелковых, 1-й и 4-й Туркестанских дивизий.

Срок окончания формирования корпуса Наркомом Обороны определялся вначале 30 июня, а затем 9 августа 1940 года. Оттягивание окончательного срока формирования соединения объяснялось участием частей и подразделений, ставших основой корпуса, в ударной группировке Красной Армии против Румынии в июне 1940 года. Бессарабский кризис тогда удалось разрешить мирным путем, и основные силы вернулись в пункты постоянной дислокации.

Формированию корпуса, находившемуся на важнейшем операционном направлении, высшим командованием Красной Армии придавалось особенное значение. Повышенное внимание придавалось как укомплектованию корпуса боевой техникой, в том числе новейших конструкций, так и боевой подготовке.

Уже в августе 1940 года состоялось первое командно- штабное учение по вводу мехкорпуса в прорыв, под руководством командующего Киевским Особым военным округом генерала армии Г. К. Жукова.

Отрабатывались вопросы взаимодействия 4-го механизированного корпуса с другими родами войск. По результатам учения были выявлены серьезные недостатки в управлении войсками.

Тогда же, в августе 1940 года, было проведено и первое войсковое учение корпуса с привлечением авиации. Тема: «Ввод мехкорпуса в прорыв». Жуков и командир корпуса генерал Потапов прорабатывали вопросы выбора места сосредоточения корпуса по тревоге, рубеж ввода соединения в прорыв и порядок выдвижения к рубежу войск. Было решено вводить корпус в прорыв в походных колоннах по двум параллельным маршрутам. Подобное учение проводилось впервые в Красной Армии, и его результатами организаторы остались довольными.

Тема второго войскового учения, проведенного уже в середине августа 1940 года, являлась логическим продолжением темы предыдущего: «Действие механизированного корпуса в глубине оперативной обороны противника». Отрабатывались темпы движения, обход и захват опорных пунктов, проведение встречных боев с резервами противника и прорыв его тыловых оборонительных рубежей.

26- 28 сентября 1940 состоялось итоговое учение всей 6-й армии, куда входил 4-й корпус «Наступление армии и ввод механизированного корпуса в прорыв», на котором присутствовала практически вся верхушка руководства РККА: Мерецков, Тимошенко, Жуков и другие.

Не менее ценное учение в 4-м мехкорпусе прошло и 16 октября 1940 года: «Марш и встречный бой мехкорпуса». В нем участвовали штабы 8-й танковой и 81-й моторизованной дивизий. Его целью являлась проверка возможности подготовки и проведения марша в сжатые сроки, а также отработка вопросов доведения до подчиненных решения комкора на резкий поворот в ходе марша на новые маршруты в готовности к встречному бою.

Результаты учения высоко оценил генерал армии Г. К. Жуков. Руководящий состав корпуса получил ценные подарки от командования округа. Отработанные и ходе учения документы были доведены в письменной форме до командного состава всех механизированных корпусов РККА.

Весной 1941 года в связи с началом формирования «третьей волны» мехкорпусов в составе корпуса произошли значительные изменения. 10-я танковая дивизия вошла в состав вновь образованного 15-го механизированного корпуса- а взамен ее во Львове на базе 30-й легкотанковой бригады (второго формирования) создавалась новая 32-я танковая дивизия. Она имела значительное количество новейших танков, но была не полностью укомплектована автотранспортом и тракторами.

4-й механизированный корпус являлся одним из самых оснащенных и подготовленных в Красной Армии. Он постоянно пополнялся боевой техникой, в том числе новейшей. На 25 августа 1940 года имел 797 танков, на 1 октября 1940 года- уже 856 танков.

20 февраля 1941 года количество танков в корпусе уменьшилось до 632, что объясняется изъятием из состава корпуса 10-й танковой дивизии и началом формирования новой 32-и танковой дивизии. К 22 июня 1941 года в корпусе стало 979 боевых машин.

Пик поступления в корпус новой материальной части пришелся на апрель- май 1941 rona.

Количество танков в корпуса к началу войны в источниках весьма разнится. По данным Украинского музея Великой Отечественной войны 4-й МК имел 950 танков, из которых 89 КВ и 327 Т-34. По сведениям, опубликованным в «Военно-историческом журнале» (№ 4 за 1989 г.), корпус насчитывал 892 танка, из коих 414 были типов КВ и Т-34. В книге «1941 год- уроки и выводы» приведена еще более значительная цифра- 979 танков (в том числе 414 КВ и Т-34).

Дислокация:

Управление, 8-я и 32-я танковые дивизии- Львов и пригороды;

81-я мотодивизия- Львов (летние лагеря- Янов).

Боевые действия:

Приказом командующего 6-й армией генерал- лейтенанта И. Н. Музыченко 20 июня 1941 года по боевой тревоге была поднята 8-я танковая дивизия, одновременно иэ Львовского лагерного сбора были отозваны зенитные артиллерийские дивизионы 8-й и 81-й дивизий, которые были сразу развернуты для прикрытия с воздуха расположения своих дивизий. Выдвижение дивизий в районы сосредоточения происходило скрытно.

81-я моторизованная дивизия по приказу командира корпуса (первоначально устному, а затем письменному приказу № 01) была поднята по тревоге в 3:15 22 июня и должна была к 10:00 сосредоточиться в районе западнее Янув и быть готовой к боевым действиям в направлении Немирув, Радымно, Янув- Пшемысль.

32-я танковая дивизия, дислоцировавшаяся на восточной окраине Львова, была поднята по тревоге только в 2 часа ночи 22 июня. Дивизия через час начала выдвижение по улицам города в сторону Яворовского шоссе. Движение шло со скоростью 30 км/ч. Шум и лязг танков, автомашин и тракторов разбудил весь город.

По всей вероятности, предвоенное выдвижение на запад начал и 3-й корпусной мотоциклетный полк, так как он вступил в бой уже в 9 часов 45 минут у приграничного городка Ляцке (ныне польский город Ляшки), в 8 километрах от реки Сан и в 70 километрах от Львова, места основной дислокации корпуса.

Подобные маневры 4-ro механизированного корпуса еще до начала воины наводят на мысль, что это соединение выводилось на рубеж развертывания для действий по плану прикрытия государственной границы. По плану прикрытия госграницы 4-й механизированный корпус должен был произвести сосредоточение своих сил в районе Янов (81-я мд), Дубровица (8-я тд) и Мокротин (32-я тд), выслав в резерв командира 6-го стрелкового корпуса, в район Немиров, 32-й мотострелковый полк с батальоном средних танков. Однако уже 20- 21 июня части 4-го корпуса покинули эти районы и начали выдвижение западнее.

В 15 часов 22 июня во исполнение распоряжения штаба фронта командующий 6-й армией приказал командиру 4-го механизированного корпуса: «а) выделить два батальона средних танков от 32-й танковой дивизии и один батальон мотопехоты от 81-й моторизованной дивизии и нанести ими удар в направлении Жулкев, Каменка- Струмилова, м. Холоюв и во взаимодействии с частями 15-го механизированного корпуса уничтожить пехоту и танки в районе Радзехов. По ликвидации противника в указанном районе указанным подразделениям сосредоточиться в лесу 2 км южнее м. Холоюв; б) остальному составу корпуса быть готовым к нанесению удара в направлении Краковец, Радымно с целью уничтожения противника, прорвавшегося в район Дуньковице». (Боевое распоряжение № 001 от 22 июня 1941 года).

В 23 часа[57 — А не в 16.30, как пишет Анфилов. Следующий приказ командарма-6, датированный 2.00 23.06, был получен в корпусе в 10 часов утра.] указанные в приказе части приступили к выполнению задачи. В целом осуществляемый недостаточными силами контрудар не дал желаемого результата. Вклинившаяся сильная группировка противника не была уничтожена, и положение на границе не было восстановлено.

32-й моторизованный полк следовал в пешем строю в район сбора по тревоге в 2 км западнее Блыщиводы. Находясь в 2 км западнее Жулкева, полк получил приказ перейти в район Магерув к утру 23 июня и войти в резерв командира 6-го стрелкового корпуса, но в 21 час был получен второй приказ: движение на Магерув прекратить и сосредоточиться в районе Крехув.

32-й гаубичный артиллерийский полк к исходу 22 июня 1941 года сосредоточился в районе леса в 2 км восточнее Жулкева и находился там до 24 июня. Из-за нехватки тракторов орудия перебрасывались в два рейса.

К исходу дня соединения корпуса продолжали сосредоточение: 32-я танковая дивизия- в районе Жулкев, Скважава, Сапошин, Янувка; 8-я танковая дивизия- в районе Домбровицы. 81-я моторизованная дивизия продолжала находиться в районе Лелехувка, Высока Гура, Янув. Ее 202-й мотострелковый полк остался во Львове для гарнизонной службы, 66-й инженерный батальон находился на марше из лагерей на Днестре.

Получив поздно вечером 22 июня директиву Главного военного совета о разгроме вклинившейся группировки и нанесении удара в направлении на Люблин, командующий фронтом решил использовать для этого, кроме стрелковых соединений 5-й и 6-й армий, большинство механизированных корпусов, имевшихся в составе фронта.

Считая, что с утра 23 июня организовать наступление всеми силами не удастся, так как для сосредоточения всех корпусов требовалось значительное время, командующий фронтом решил нанести удар по вклинившейся группировке соединениями 15-го и 4-го мехкорпусов, главные силы которых находились недалеко от линии фронта, а передовые части уже вели бой с противником.

В ночь на 23 июня командарм в своем приказе № 001 ставит задачу войскам армии уничтожить части противника, прорвавшиеся на советскую территорию. 4-й мехкорпус для задержания противника, в случае его прорыва в районе Мосты Вельке, к утру 23 июня 1941 года должен был выбросить мотопехоту на рубеж (иск.) Желдец, Турынка, Кулява, Замечек, остальными силами быть готовым к уничтожению «пархачской» механизированной группировки противника во взаимодействии с 15-м механизированным корпусом, который должен наносить удар на Радзехов, Корчин. Вспомогательный удар требовалось нанести в направлении Холоюв, Каменка-Струмилова, Мосты Вельке силами отряда подполковника Лысенко, высланного накануне для уничтожения противника в районе Радзехова. Моторизованный полк 32-й танковой дивизии предписывалось оставить и подчинении командира 6-го стрелкового корпуса.

Однако этот приказ был получен в соединениях 4-го мехкорпуса через восемь часов, а с утра 23 июня корпус продолжил выполнение боевого распоряжения № 1, в котором ему ставилась задача уничтожить противника в районе Дуньковице.

Около 10 часов на марше дивизии получили новую задачу: согласно приказу командующего 6-й армией № 001 уничтожить танки противника в районе Мосты Вельке. Так, 32-я танковая дивизия в момент получения приказа находилась в 30 км от Лозина, и ей пришлось поворачивать колонну дивизии на 180 градусов на одной дороге.

Затем, во изменение отданного распоряжения, командующий армией потребовал нанесения против пархачской группировки короткого удара, после чего, сосредоточиться в районе Вионзова, лес западнее Жулкев, Блыщиводы. 81-й моторизованной дивизии после удара полагалось сосредоточиться в лесу, в 3 км восточнее Шкло. По окончании сосредоточения корпус должен был быть готовым к нанесению удара на Каменку- Струмилову, а также на Янув, Шкло.

Для нанесения этого «короткого удара» выделялась 32-я танковая дивизия. Для взаимодействия с 3-й кавалерийской дивизией, действовавшей в направлении Пapxaча, комдив-32 выделил усиленный танковый батальон 64-го танкового полка под командованием подполковника Н. П. Голяса. К 17 часам группа Голяса выдвинулась в район урочища Черный Лес и вместе с кавалеристами приступила к выполнению боевой задачи. Однако вскоре было получено иное распоряжение.

Уже вечером 23 июня полковник Пушкин получил новый приказ командующего 6-й армией на уничтожение прорвавшейся пехоты и 300 танков противника в районе Каменка-Струмилова. Части дивизии и группа подполковника Голяса стали выполнять и этот приказ, однако никакого противника в том районе не оказалось, а в Каменке были советские танки. Таким образом, в течение суток 32-я танковая дивизия в основном совершила длительные марши, общая протяженность которых составила свыше 100 километров (группы Голяса- 130 км). 23 июня вела бой только группа подполковника Лысенко.

Два танковых и один мотострелковый батальоны под командованием подполковника Лысенко в тот день, с 7 до 20 часов вели непрерывный бой на юго-западной окраине Радзехова с 11-й танковой дивизией XXXXVIII моторизованного корпуса 1-й танковой группы, совместно с передовыми частями 10-й танковой дивизии 15-го механизированного корпуса. В этом бою группа Лысенко уничтожила 18 танков, 15 орудий и до взвода мотопехоты противника. Потери группы составили 11 танков. В итоге она, не достигнув успеха, отошла в район Батятыче.

Несмотря на успешные действия отдельных частей и подразделений, 4-й и 15-й механизированные корпуса не нанесли противнику значительного урона. К исходу дня соединения немецкой 1-й танковой группы захватили Радзехов и Берестечко.

Вечером 22 июня в штаб фронта прибыл генерал армии Жуков. Ознакомившись с обстановкой, он стал принимать меры к созданию сильной группировки танковых войск в районе Броды, которая была бы способна во взаимодействии с ровенской группировкой (9-й, 19-й, 22-й МК) разгромить вклинившегося противника. Так как части 4-ro и 15-го мехкорпусов были втянуты в бои и действовали в широких полосах, он решил уменьшить полосу действия 15-го корпуса и усилить его за счет 4-го. По его приказанию, отданному генералу Музыченко, из состава 4-го мехкорпуса выводилась 8-я танковая дивизия. Генерал Жуков рассчитывал нанести мощный удар и районе Броды силами 8-го и 15-го МК. Так как 8-й мехкорпус не требовал усиления, он подчинил 8-ю танковую дивизию командиру 15-го мехкорпуса генералу Карпезо.

Утром 24 июня 1941 года 8-я танковая дивизия была выведена из состава корпуса. Ей было приказано пополняться горючим и боеприпасами и сосредоточиться в районе Жулкев, для получения дальнейших приказаний. Затем, в дополнение к ранее отданному распоряжение № 009, командующий армией приказал: 8-й танковой дивизии по достижении Жулкева продолжить движение в район Буск, где поступить в подчинение командира 15-го МК. К дивизни должен был присоединиться ее моторизованный полк, находящийся во Львове.

В дальнейшем, до начала июля, дивизия действовала в составе 15-го механизированного корпуса на Радзеховском направлении,

25 июня контрудар в направлении Радзехов и Сокаль 15-й мехкорпус должен был наносить во взаимодействии с 4-м мехкорпусом. Однако от последнего на радзеховском направлении действовала только 8-я танковая дивизия. 32-ю танковую дивизию командующий 6-й армией вывел из боя и 24 июня направил в район Яворова для нанесения контрудара по яворовской группировке.

24 июня боевым приказом командующего 6-й армией № 002 командиру 4-го мехкорпуса ставилась следующая задача: подчинив группу Лысенко и передав обратно 81-й моторизованной дивизии один мотобатальон, приданный 32-й танковой дивизии, не ожидая их подхода, выступить и направлении Нагачув, Залеска Воля. Далее, во взаимодействия с 97-й стрелковой дивизией, 4-му МК следовало в 14:00 24 июня 1941 года нанести удар в направлении Нагачув, Залеска Воля, разгромить противника в районах Ольшина, Хотынец, Млыны, отбросить его за реку Сан и тем снять угрозу охвата соседа слева.

32-й моторизованный полк направлялся во Львов, где должен был сменить 8-й моторизованный полк, несший гарнизонную службу в городе.

32-я танковая дивизия, двигавшаяся днем 24 июня с востока по улицам Львова, столкнулась с колоннами 8-го механизированного корпуса, который двигался навстречу. Создались пробки, которыми воспользовались украинские националисты, беспрестанно обстреливавшие советские подразделения с крыш домов и чердаков. С 13 до 24 часов 24 июня в городе шли настоящие уличные бои с применением стрелкового, а иногда и артиллерийского оружия. Националисты смогли прорваться в городскую тюрьму и выпустить из нее всех заключенных, они же прервали проводную связь штаба 6-й армии со штабом фронта, подняли настоящую панику среди городского населения и части армейских тыловых служб.

32-й танковой дивизии лишь к вечеру 24 июня удалось вырваться из города, охваченного беспорядками, и к рассвету 25 июня сосредоточиться в районе восточнее Яворова. Туда же прибыло управление корпуса с корпусными частями. Во Львове для поддержания порядка были оставлены моторизованный полк 32-й танковой дивизии, 202-й моторизованный полк 81-й моторизованной дивизии, а также ряд подразделений 8-го мехкорпуса и войск НКВД.

К 2 часам ночи 25 июня 32-я танковая дивизия сумела, выйдя из Львова, сосредоточиться в Яновском лесу, в районе Грабник.

81-я моторизованная дивизия еще в 8:30 23 июня получила приказ командира корпуса сосредоточиться в районе Добросин и вести разведку северо-западнее Львова.

К 5 утра 24 июня части дивизии сосредоточились в указанном районе и в 6:30 перешли в наступление в направлении Крехув, Магерув, Немирув. В 14:00 высланный разведотряд дозорами не установил наличия противника в Немируве, однако в 15:00 весь отряд был атакован в городе противником. К 17:00 два батальона 53-го танкового полка и подразделения 323-го мотострелкового полка очистили Немирув от немцев, однако в виду малочисленности пехоты закрепить успех не удалось, танки были отведены и город был оставлен. 2-й дивизион 125-ro артполка, который должен был поддержать огнем атаку 53-го танкового полка, опоздал с развертыванием и не произвел ни одного выстрела. Танковый полк потерял в бою за Немирув 36 танков БТ-7 и до 65 % личного состава 8-й стрелковой роты 323-го полка. С 20:00 части дивизии совершали марш в район Язув Новый, Шкло.

Командование 6-й армии планировало с утра 25 нюня использовать 4-й мехкорпус (без 8-й танковой дивизии) в полосе 97-й стрелковой дивизии, где сложилась крайне тяжелая обстановка в связи с развитием наступления XXXXIX горного корпуса 17-й немецкой армии. Нанеся короткий удар на фронте Вельке Очы, Дрогомысль, Завадув, к исходу дня корпусу требовалось сосредоточиться в районе Шерзец, Рабы, Ульхувэк (район 5 км восточнее Немирова) и иметь в виду 26 июня 1941 года нанесение удара в направлении Смолин, Подемщизна, для разгрома противника на фронта 41-й и 159-й стрелковых дивизий.

Однако штаб 6-го стрелкового корпуса подготовил 32-й танковой дивизии самостоятельную задачу- атаковать в направлении сильно укрепленного противотанкового района, без поддержки пехоты и артиллерии. Задача осложнялась наличием в этом районе реки Якши и заболоченной долины около Язува Старого. К 14 часам дивизия сосредоточилась на исходных позициях в районе Шипки, Ташыки, Бороусы. В 18:20 она атаковала части XXXXIX горного корпуса противника в направлении Басяки, Вереницы, Семерувка. В результате атаки 32-й танковой дивизии, направленной на улучшение положения 6-го стрелкового корпуса, ведущего тяжелые бои в районе Яворова, противник понес потери: 16 танков, 12 орудий, 14 прицепов с боеприпасами. Дивизия не досчиталась 15 боевых машин 63-го танкового полка, 64-й же полк вообще в атаке не участвовал, его танки завязли в болоте. Части дивизии были вынуждены отойти на исходные позиции.

В этот же день 8-я танковая дивизия в составе 54 танков атаковала Магерув- вопреки приказу Жукова о переподчинении ее 15-му мехкорпусу, командарм Музыченко продолжал использовать дивизию в своих целях. Была уничтожена батарея 75-мм пушек, захвачены документы штаба 7-го артиллерийского полка противника. Потери составили 19 танков.

Против 8-й и 32-й танковых дивизий в этих боях действовали 1-я горно-егерская и 68-я пехотная дивизии XXXXIX горного корпуса. Потери, понесенные при этом 68-й пехотной дивизией, оказались столь велики, что она была выведена в резерв и заменена 4-й горно- егерской дивизией. При этом журнал боевых действий группы армий «Юг» сообщает, что дивизия «едва ли не полностью выведена из строя».

25 июня в подчинение командира 6-го стрелковое корпуса вошла и 81-я моторизованная дивизия. В 9:00 323-й мотострелковый полк при поддержке артполка и противотанкового дивизиона перешел в наступление на Наконечне, Краковец. В 13:00 части дивизии атаковали противника на восточной окраине местечка Краковец, однако успеха не достигли и в 16:00 97-я стрелковая дивизия, на фронте которой действовала 81-я моторизованная дивизия, начала неорганизованной отход, в результате чего на позициях остался только 323-й мотострелковый полк, который понес к этому времени потери до 80 % личного состава и матчасти. В 19:00 под натиском превосходящих сил противника 323-й полк и противотанковый дивизион отошли в район Наконечне. К полуночи 323-й мотострелковый, 125-й артиллерийский полки и оперативная группа управления дивизии оказались о окружении противника.

В это время на подступах ко Львову организовывалась оборона силами 4-го мехкорпуса. В район Грудск Ягельоньски и Любень-Вельки 25 июня выводились 8-й и 202-й моторизованные полки 8-й танковой и 81-й моторизованной дивизий соответственно. Им было приказано вырыть окопы полного профиля, подготовить к взрыву переправы в районах Каменоброд, Грудек Ягельоньски, Мюлерсдорф, Мальковице, Любень- Вельки.

Стрельба во Львове продолжалась до позднего вечера 24 июня. В связи с этим гарнизон города был усилен. Взамен ушедшего 202-го моторизованного полка для поддержания порядка во Львов введен 32-й моторизованный полк 32-й дивизии. Кроме того, в городе находился бронепоезд НКВД и 4-я дивизия ПВО (полковник Ф. Г. Янковский).

81-я моторизованная дивизия до 26 июня вела боевые действия в районе Наконечне, Краковец. 25 июня при попытках овладеть Краковцом она потеряла значительную часть материальной части и личного состава. В донесении от 27 июня штаб дивизии докладывал о 80 % потерь. Цифра эта была завышена, потому что в штабе не знали всей обстановки- в частности того, что 323-й моторизованный полк в районе Яворов попал в окружение. В 6 часов 26 июня полк вышел из окружения, переправившись через реку Шкло и выйдя из леса восточнее и юго- восточнее Поруденко. При этом полк понес большие потери.

Большие потери понесло и управление дивизии, оказавшееся к 26 июня в окружении. Пропали без вести командир дивизии полковник Варыпаев, его заместитель полковник Барабанов, начальник штаба полковник Спесивцев, начальник оперативного отделения капитан Гущин, командиры 323-го мотострелкового и 125-го артиллерийского полков подполковник Лысенко и майор Кобря и многие другие.

Остальные части 4-го мехкорпуса в 12:00 26 июня 1941 года начали выдвижение из района Стажиска в направлении Судовая Вишня с задачей атаковать механизированные части противника (по данным разведки до 300 танков), двигавшиеся из Мосциска на Львов.

32-я танковая дивизия, совершив 85-км марш, к 18 часам сосредоточилась в урочище Замлынье, организовав разведку силами танкового батальона 64-го танкового полка. В районе реки у Судовой Вишни были обнаружены подразделения 14-ro пехотного полка противника [Полка с таким номером в группе армий «Юг» не было], но никаких немецких танков там не было.

Тем временем оборона на ближних подступах ко Львову продолжала совершенствоваться. Боевым приказом командующего армией № 004 от 26 июля 1941 года 8-му моторизованному полку, занявшему оборону на фронте Цинюв, Грудек Ягельоньски, придан 445-й артиллерийский полк, 202-му моторизованному полку (фронт- Артыщув, Любень- Вельки)- 441-й артиллерийский полк [В некоторых работах (В. Резуна, А. Ленского) ошибочно утверждается, что это корпусные артиллерийские полки 4-го механизированного корпуса, однако они принадлежали 37-му стрелковому корпусу].

В связи с глубоким включением противника на киевском направлении командующий войсками фронта приказал соединениям 6-й армии начать отход на новый оборонительный рубеж Новый Почаюв, Пониква, Ушня, Золочев, Гологуры, Ганачув (частный боевой приказ № 0016 от 26 июня 1941 года). Прикрывать отход должны были танковые части. В ночь на 27 июня войска, находившиеся в соприкосновении с вражескими частями, начали отходить, прикрывшись арьергардами.

81-я моторизованная дивизия к исходу 26 июня располагалась в районах: Яновские лагеря (323-й мсп и 125-й ап), роща 1 км восточнее Бартату (53-й тп), Морги (79-й озад, 84-й птд, 102-й обс). 58-й разведбатальон был придан 32-й танковой дивизии. 202-й мсп в это время занимал оборону на рубеже Арташув, Любень-Вельки, ведя разведку в направлении Грудек-Ягельоньский. До 22 часов 27 июня противник не появлялся, но к исходу дня его разведка стала беспокоить подразделения полка.

В 17 часов 26 июня 32-я танковая дивизия получила приказ сосредоточиться в районе Оброшин и быть готовой к действию на Любень- Вельки.

На следующий день, 27 июня, боевым приказом № 009 командарм подчинил 32-й моторизованный полк 6-му стрелковому корпусу с задачей занять оборону на участке Бжуховице. Этим же приказом 4-му мехкорпусу ставилась задача на оборону рубежа Залуже, Повитно, по восточному берегу реки Вереница до Лазенки. Корпус, совершив ночной марш из района Судовая Вишня, с 6 часов начал сосредоточение в районе Конопница, Заставе, Оброшин.

32-я танковая дивизия вместо помощи 6-му стрелковому корпусу на яворовском направлении, была переброшена на мосцыское направление, где вопреки данным разведки никаких немецких танков не оказалось. А на следующий день вообще была отведена в район восточнее Грудек-Ягельоньски, не имея активной задачи.

Новым распоряжением, на сей раз штаба армии, на 4-й механизированный корпус возлагалась задача прикрывать город с запада и не допустить прорыва противника на Львов. В корпус возвращались 8-й и 202-й моторизованные полки, а также подчинялись приданные им 441-й и 445-й артполки. Командарм потребовал от генерала Власова взорвать все мосты и заминировать дороги к западу от города.

В этот же день приказом командарма для обороны района Крехув выслан батальон от 8-го моторизованного полка. Он, как и 32-й мотополк, поступил в распоряжение командира 6-го стрелкового корпуса.

С утра 28 июня 8-й пехотный полк противника стал теснить правый фланг 202-го моторизованного полка и вышедшего на его участок обороны 53-го танкового полка 81-й моторизованной дивизии. Части дивизии удерживали занимаемый рубеж до 22:30, а затем, взорван мосты через реку Шкло, отошли к утру 29 июня на рубеж с передним краем по восточному берегу реки Шерек.

32-я танковая дивизия в течение дня вела активную оборону на рубеже Воля Бартатовска, урочище Лес Мейский, фольварк Петерсгоф, уничтожив 3 танка, 4 легковые машины, подавив батарею противника и потеряв 8 своих танков.

В 18 часов был получен приказ командира корпуса о переходе в район Бол. Богданувка, Сугнювка, Кульпаркув с задачей организации подвижной обороны вдоль Яновского шоссе на участке Козице, Женска Руска и по Грудек- Ягельоньскому шоссе на участке Рудно, Зимна Вода. Выполняя приказ, танковые полки заняли указанные рубежи обороны, прикрывая отход частей 6-го стрелкового корпуса через Львов на Винники.

К 29 июня противник вышел на ближайшие подступы ко Львову. С отходом 97-й стрелковой дивизии к утру 4-й мехкорпус занимал оборону на фронте Козице, Рудно, Навариа; штаб располагался в лесу в 2 км севернее Оброшина.

В течение дня противник в полосе 6-й армии сосредоточил основные усилия на занятии Львова.

К 8 часам 29 июня в 81-й моторизованной дивизии была подготовлена система огня и отрыты окопы на стрелковое отделение и расчеты огневых средств. На линии фольварк Феерувка, Оброшин, станция Глинна- Навария было выставлено боевое охранение. 53-й танковый полк занял оборону во втором эшелоне в готовности к контратакам совместно с батальоном второго эшелона 202-го мотострелкового полка.

В это время 323-й мотострелковый полк, переданный вместе с 79-м зенитным дивизионом и 84-м противотанковым дивизионом в распоряжение командира 32-й танковой дивизии, оборонялся на рубеже Повитно, станция Мшана, Зимна Вода, ведя разведку в направлении Карачинув.

Основные силы дивизии в 14:30 были атакованы двумя батальонами противника из района Конопнище. Удар пришелся по правому флангу 202-ro полка, занятому 2-м батальоном. Батальон, нанеся немцам поражение огнем, совместно с ротой резерва полка при поддержке 125-го артиллерийского полка и батареи противотанковых орудий контратаковал противника, вынудив его отойти. В 18 часов атаки противника возобновились, но были отбиты артиллерийско-минометным и ружейно-пулеметным огнем. За 5 часов боя было потеряно два 45-мм орудия, 4 пулемета, 7 человек было убито и 12 ранено.

Боевым приказом командующего фронтом № 0025 от 29 июня 4-й мехкорпус выводился в резерв и к исходу дня должен был сосредоточиться в районах Золочев, Зборов, Поморжаны и к утру 1 июля 1941 года- Збараж, Тарнополь, Галушинцы.

32-я танковая дивизия в течение дня вела активную оборону на Яновском и Грудек- Ягельоньском шоссе, отбивая атаки немецких горных егерей. В 7 часов 63-й танковый полк атаковал противника в районе Конопница, Феерувка и во взаимодействии с 8-м моторизованным полком уничтожил 8 орудий, 11 противотанковых орудий и 5 автомашин. С наступлением темноты дивизия начала отход на рубеж Лесеница, Винники (восточные Львова). Проходя через Львов, части дивизии вновь столкнулись с активизировавшимися националистами, пришлось вести уличные бои, подавляя огневые точки в домах и на чердаках. При отходе из города были уничтожены склады с боеприпасами, горючим и продовольствием, а также оставшаяся в местах предвоенной дислокации неисправная материальная часть.

Противник продолжал активные действия в направлении Басковка, Львов, и по приказу командира корпуса 81-я моторизованная дивизия в ночь на 30 июня отошла на рубеж Зубжа, Журавка, Шаломыя с передним краем по восточному берегу реки Зубжа.

30 июня танковые полки 32-й танковой дивизии прикрывали ее отход по золочевскому шоссе. В середине дня командир корпуса приказал частям начать отход с рубежа Лестница, Винники и к 15 часам 1 июля сосредоточиться в районе Збараж, Верняки, Кретовце, корпус выводился в резерв.

Рубеж по реке Зубжа 81-я моторизованная дивизия удерживался до 14 часов 30 июня, после чего под прикрытием арьергарда (1-й батальон 202-го мотополка, 6-я батарея 125-го артполка, 2-я батарея 84-го противотанкового дивизиона, 20 танков 53-го танкового полка) дивизия отошла в район Салова.

1 июля командирам 37-го стрелкового и 4-го механизированного корпусов было приказано задержать немецкие колонны, обнаруженные разведкой в районе Купинец и Лопушино. Основное усилие требовалось сосредоточить на недопущении захвата Тарнополя.

В этот день 32-я танковая дивизия прошла Золочев и двигалась на Тарнополь. В Золочеве и на его окраинах дивизия подверглась интенсивным бомбардировкам авиацией противника. 81-я моторизованная дивизия к 12 часам сосредоточилась в районе Годув.

К 8 часам 2 июля 32-я танковая дивизия сосредотачивалась в районе Збаража, куда подтягивала отставшую материальную часть и личный состав.

Части XIV моторизованного корпуса немцев продвигались к Тарнополю, поэтому генерал Музыченко в середине дня 2 июля ввел в бой в этом районе боеспособные части 4-го и 15-го механизированных корпусов. Как докладывал в Москву Военный совет фронта, 4-й мехкорпус «успеха не имел и перешел к обороне на рубеже Збараж, Тарнополь».

В отчете по итогам боевых действий 32-й танковой дивизии сказано об этих боях несколько иначе: «В 19 часов, при прохождении Збараж, головные части дивизии были внезапно атакованы противником силой до 24 танков и 100 человек мотопехоты, засевшей заранее в домах Збараж. Бои продолжались до 24 часов. В результате боя уничтожено: 15 танков, 2 бронемашины, 3 противотанковые орудия, 3 тягача противника».

В результате длительных маршей 4-й механизированный корпус имел значительные небоевые потери. Большое количество техники выходило из строя из-за неисправностей или просто окончания моторесурса танков. Например, 63-й танковый полк 2 июля на станции Млыновцы (близ Тарпополя) отгрузил на платформы для отправки в тыл на капитальный ремонт 17 танков. Еще 3 танка требовали малого и среднего ремонта и могли пройти его в дивизионных мастерских. Множество техники оставлялось в различном состоянии на маршрутах следования. Таким образом, исправных и годных к бою танков в 63-м танковом полку на 3 июля имелось всего 32 танка.

3 июля части армии после неудачных боев в районе Новый Почаюв, Золочев, понеся большие потери, неорганизованно отходили на восток. 4-й механизированный корпус получил приказ командарма на вывод материальной части в тыл. Утром он находился в районе Ожиговцы, к вечеру 3 июля в районе Большие Зозулинцы, Писаревка, Чепелевка. Оперативной директивой штаба фронта № 0040 генерал-полковник Кирпонос ставит задачу корпусу: двигаясь через Старо-Константинов, Бердичев и Житомир, сосредоточиться в районе Ивницы (30 км юго- восточнее Житомира).

При прохождении 32-й танковой дивизией старой границы в районе Ожиговцы, Волочиск командиром 37-го стрелкового корпуса от имени Военного совета армии на усиление корпуса было задержало 10 танков капитана Егорова.

К 10 часам 4 июля 32-я танковая дивизия сосредоточилась в районе Чернелевка, Чепелевка, Красилов и в течение 4 и 5 июля подтягивала отставшие машины, заправляла технику и пополняла запасы.

Продолжая отход, 81-я моторизованная дивизия имела в боевых частях всего лишь 795 человек, 7 орудий и минометов (в дивизию были возвращены все части, но артполк потерял все орудия), 26 автомобилей, 16 пулеметов. К исходу 4 июля она заняла оборону на рубеже Решневка, Кисели. 202-й полк находился во втором эшелоне, готовя контратаки в трех направлениях; резерв составлял артиллерийский полк (68 человек).

К 6 июля немцы овладели районом Славуты, Изяславля и Шепетовки, наступали на Полонное и Новый Мирополь. Утром танковая колонна противника прорвалась на Шулейки. В связи с этим, а также в связи с попытками немецких армейских корпусов отрезать отходящие части 6 армии от укрепления на старой границе, распоряжением штаба фронта корпус был вновь подчинен 6-й армии. Ему ставилась задача сосредоточиться в районе Половинники, Футоры, Волица, Керекетина, Большой Чернятин, Немировка с задачей находиться в готовности к нанесению контрудара в случае прорыва противника в направлении Старо-Константинова.

К вечеру 6 июля 1941 года соединения подошли к Старо-Константинову. Штаб корпуса расположился в городе, остальные части в районах, указанных штабом фронта, в готовности к контрудару. В состав корпуса вернулась 8-я танковая дивизия, которая с 1 июля никаких боевых действий не вела. В ней к 7 июля оставалось только 32 танка. 32-я танковая дивизия заняла рубеж обороны северо-западнее Старо-Константинова с задачей прикрыть город с севера от противника, угрожавшего тылам 6-й армии.

81-я моторизованная дивизия до конца дня 6 июля удерживала рубеж Решневка, Кисели. Впереди нее действовала 14-я кавалерийская дивизия, слева- 8-я танковая. В 19:30 было отмечено движение 20 танков противника с пехотой из Вербовцы на Старо-Константинов, а в 23 часа части дивизии получили приказ последовательной обороной двух рубежей (Лажава, Баглай, Емцы и 2-я Волица, Бичева, Перекора) отойти к Острополю. 125-й артиллерийский полк получил задачу прикрывать при отходе с первого рубежа 323-й мотострелковый полк, а отход 53-го танкового полка, разведбатальона и 202-ro полка- батальон 202-го мотострелкового полка. Отход со второго рубежа должен был прикрывать 53-й танковый полк.

В 15 часов 7 июля были обнаружены танки 16-й танковой дивизии противника (генерал Г. В. Хубе), двигавшиеся на Поповцы и Пашковцы. Танковые полки 8-й и 32-й танковых дивизий встретили их огнем с места, немцы вынуждены были отступить. В 20 часов 63-й и 64-й танковые полки сами атаковали в направлении Капустина, в результате боя противник был отброшен, потеряв 7 танков и 16 противотанковых орудий[60 — История i6-й танковой дивизии вермахта описывает этот отход, как неспешное отступление по приказу командира дивизии генерал-майора Хубе (Hans Valentin Hube).]. Немецкая 16-я танковая дивизия ушла на север и подошла к Остропольскому укрепрайону в районе Любар, где занимала оборону 211-я воздушно- десантная бригада.

Вечером стало известно, что противник развивает наступление на Бердичев. Корпус снялся с позиций под Старо-Константиновом (на этот рубеж вышла 80-я стрелковая дивизия генерал-майора В. И. Прохорова) и выступил в направлении Чуднова, где должен был сосредоточиться к 12:00 8 июля, организовать противотанковую оборону на реке Тетерев и не допустить прорыва противника на Бердичев. К концу дня части корпуса достигли Острополя.

8 июля разгорелись бои за Чуднов, в результате неудачной атаки 4-го мехкорпуса противник захватил южную часть города.

Немцы перешли в наступление в направлении Янушполя и оттеснили части корпуса на фронт Мясково, Высокая Гребля. Как докладывал Военный совет армии, «корпус на пределе своих сил».

Остатки 81-й моторизованной дивизии в 8 часов утра на рубеже Ольшанка, Подолянцы встретили значительные силы противника (до полка пехоты, 70 танков, дивизион артиллерии). Весь день, до 20 часов, части дивизии вели ожесточенные бои, в результате которых вынуждены были отойти на рубеж северо-западные окраины Бабушки, Волосовка, оставив на прежнем рубеже боевое охранение. В полках и батальонах (дивизионах) оставалось от 15 до 20 % людей, 3 орудия и миномета, 11 танков, 2 зенитные пушки. Тылы дивизии находились в районе Казатина в 65–70 км от обороняющихся частей. Из-за плохого подвоза совершенно не было снарядов к оставшимся орудиям.

32-я танковая дивизия в боях в этот день не участвовала, находясь на привале в районе Смелы.

В 15.00 9 июля на основании приказа командарма 4-й механизированный корпус, с утра занимавший оборону Михайленки, Мясковка, Безымовка, Галиевка, перешел в наступление на Чуднов. К вечеру корпус, перерезав Бердичевское шоссе восточнее Чуднова и уничтожив до 40 автомашин, овладел рубежом Городище, южная окраина Ольшанка.

8-я танковая дивизия наносила удар с юго-восточной и западной сторон. Штаб корпуса разместился в Янушполе. Действия танкистов в этот день активно поддерживала авиация фронта.

81-я мотодивизия, несмотря на малочисленность и отсутствие тяжелого оружия, до 12 часов 10 июля вела упорные бои с превосходящими силами противника на занимаемом рубеже, неоднократно переходя в контратаки.

32-я танковая дивизия в 16 часов получила приказ командира корпуса выдвинуться со всей исправной материальной частью в район Янушполь, для совместных с 81-й моторизованной дивизией действий по захвату Чуднова. 10 лучших танков и две бронемашины под командованием капитана Карпова к 22 часам сосредоточились в Янушполе. Остальная материальная часть, способная двигаться своим ходом, под командой капитана Егорова была направлена в лес северо-восточнее Райгородка для совместных действий с 32-м моторизованным полком по его обороне и обеспечения подхода 213-й моторизованной дивизии. Эти подразделения, одними из первых прибывшее под Бердичев, вошли в состав группы войск «Казатин» генерал-майора Огурцова [Подробнее о боевых действиях группы «Казатин» в разделе о 16-м механизированном корпусе]. Достигнув указанного района, группа Егорова вступила в бой в 3 км юго-западнее Бердичева, уничтожив 5 бронемашин и 2 ПТО.

В результате контрудара из Янушполя на Чуднов 4-й механизированный корпус вышел на коммуникации 11-й танковой дивизии противника, которая находилась в Бердичеве. Но многообещающий успех не имел продолжения, 16-я танковая дивизия противника, прорвав Остропольский УР, атаковала части 49-го стрелкового корпуса, вынудив их отходить.

В связи с отходом соседа- 49-го стрелкового корпуса (генерал-майор И. А. Корнилов) 10 июля 4-й мехкорпус вынужден был оставить занимаемые позиции и отойти на новый рубеж, заняв оборону фронтом на запад:

  • 3-й мотоциклетный полк- западная окраина Янушполя, мукомольный завод в Янушполе;
  • 8-я танковая дивизия- южная окраина Янушполя, (иск.) Жеребки;
  • 32-я танковая дивизия- Жеребки, Смела.
  • 63-й танковый полк, имевший не более 30 танков, в середине дня оказался в окружении. К вечеру, когда подошли к концу горючее и боеприпасы, к полку сумели пробиться несколько Т-34 из 8-й танковой дивизии.

Группа капитана Карпова из Бейзымовки в 20 часов атаковала противника в направлении Ольшанки, но, неподдержанная пехотой, отошла и к 23 часам заняла оборону южнее Ольшанки.

81-я моторизованная дивизия, прикрывающая отход корпуса, к 15 часам подходила к юго-восточной окраине Янушполя, затем отошла в район Райгородка. Штаб корпуса располагался в Андреяшевке.

С утра 11 июля 6-я армия на основании директивы комфронта готовила наступление с задачей восстановить прорванные участки укрепленного района и отсечь пехоту противника от его механизированных частей, содействуя планировавшемуся разгрому бердичевской группировки противника.

4-й механизированный корпус с 211-й воздушно-десантной бригадой и 637-м стрелковым полком имел задачу- прикрыть направление Дубровка, Краснополь, в 14 часов перейти в наступление в направлении Волица, Дубище. Но с обнаружением разведкой в 12 часов в районе Мотрунки, Молочки до 200 танков противника, угрожавших срыву окружения Бердичева, решением командующего армией корпус был оставлен для прикрытия рубежа Янушполь, Петриковцы.

8-я танковая дивизия, выбив противника из Янушполя, занимала северо-западную окраину города, хутор Зеленый, левый фланг дивизии находился в 1 км западнее Бураки. В течение двух дней дивизия уничтожила до двух батальонов пехоты, 14 танков, 3 минометные батареи. Свои потери составили 3 танка, 21 человек были убиты и 57 ранены.

32-я танковая дивизия и 211-я воздушно-десантная бригада, приняв бой с группой танков, отошли на юго-восточную окраину Бураки, Подорожна. Дивизия оседлала казатинское шоссе, имея задачу не допустить прорыва противника на Казатин и Бердичев. 32-й моторизованный полк, действовавший под Бердичевом в районе Ольшанки, в этот день бросил занимаемые позиции, и результате группа капитана Карпова была полностью уничтожена, к своим вернулся только один танк.

81-я моторизованная дивизия в соприкосновение с противником не вступала, находилась на рубеже Андреяшевка, Клитенка. Штаб корпуса располагался в Богудзенке.

12 июля 4-й мехкорпус с одной стрелковой дивизией 49-го стрелкового корпуса оставил Янушполь и к 18.00 отошел на рубеж Андреяшсвка, Клитенка, Крапивна, имея 81-ю мотодивизию на рубеже Кустик, Жидовцы.

С этого момента в документах фигурирует уже только сводный отряд (или группа) корпуса 32-я танковая дивизия из района Соколец отправила в Прилуки на переформирование тыла и экипажи танковых полков. Из оставшихся подразделений был сформирован отряд из 5 танков и батальона пехоты 32-го моторизованного полка; он был подчинен командиру 8-й танковой дивизии. Управление 32-й танковой дивизии 13 июля также убыло в Прилуки. В отряде 8-й танковой дивизии оставалось к 13- 15 июля 9 танков и 600 бойцов.

К вечеру 13 июля группа корпуса частью сил заняла и удерживала Андреяшевку, другая перебрасывалась в район Богудзенка, Юровка. Штаб группы располагался в Черничках.

Противник подтянул оперативные резервы (пехота следовала в отрыве от танковых дивизий) и расширял прорыв своей бердичевской группы на Казатин. Командующий 6-й армией принял решение- упорно обороняться на занятых рубежах, при вынужденном отходе и при наступлении превосходящих сил противника вести оборонительные бои на промежуточных рубежах с целью выигрыша времени и пространства. Сводный отряд 4-го мехкорпуса должен был войти в подчинение командира 16-го мехкорпуса комдива Соколова, который к этому времени командовал Бердичевской группой войск. Для 4-го мехкорпуса назначался промежуточный рубеж Бродецкое, Молотковцы, Безымянное (Оперативная директива № 0041 от 14 июля 1941 года).

В этот день сводный отряд корпуса под давлением противника к 15.00 отошел на рубеж Фридрово, Богудзенка. Штаб отряда располагался в Юровке.

15 июля сводный отряд 4-ro мехкорпуса совместно с 213-й моторизованной дивизией отходили с фронта Терехов, Клитенка, Юровка в юго-западном направлении.

Корпус отводивший свои части в район Прилук, к 15 июля имел в наличии 68 танков (КВ- 6, Т-34- 39, БТ- 23, БА- 36).

16 июля остатки 8-й танковой дивизии (отряд полковника Фотченкова) перешли в распоряжение командира сводного отряда 10-й танковой дивизии генерал- майора С. Я. Огурцова.

Остатки 81-й моторизованной дивизии после боев в районе Янушполя 10 июля и отхода в район Райгородка были выведены в район Святошино под Киев, где несколько пополнилась личным составом и вооружением. 23 июля в дивизии имелось 1058 человек, 15 орудий и минометов, 52 пулемета.

32-я танковая дивизия сосредотачивалась в районе города Прилуки. Вся оставшаяся исправная техника была передача в 8-ю танковую дивизию, командиром которой стал полковник Е. Г. Пушкин. Личный состав 32-й танковой дивизии убыл во Владимирскую область, где составил костяк новой 8-й танковой бригады.

Действия 4-го механизированного корпуса по прикрытию отхода войск 6-й армии попали в послевоенные учебники тактики, в качестве образца грамотной организации оборонительных боев танковыми частями.

Однако в организации боевых действий было и множество недостатков. Так, 32-я танковая дивизия действовала продолжительное время только двумя танковым и полками, ее мотострелковый полк находился в резерве командующего 6-й армией. Артиллерийский полк дивизии не был укомплектован тракторами и половину орудии оставил на зимних квартирах, а остальные были потеряны из-за технических неисправностей и поломок тракторов.

Имело место и изъятие вышестоящим командованием мотострелковых частей 4-го механизированного корпуса, что отрицательно сказывалось на результатах боевых действий танковых частей, вынужденных действовать без поддержки пехоты, а зачастую и артиллерии. Так в разное время действовали не в составе своих дивизий моторизованные полки 8-й и 32-й танковых дивизий, 202-й полк 81-й моторизованной дивизии.

Длительные марши, до 75- 100 км в сутки, выводили из строя из-за технических неисправностей техники больше, чем от огня противника. К тому же эвакуация и ремонт техники были затруднены отсутствием эвакосредств для тяжелых танков [Тягач «Ворошиловец» мог транспортировать танк КВ только по дороге. Корме того, ощущалась общая нехватка средств эвакуации. К 31 июля были потеряны 6 и 8 тракторов из 10 имевшихся в каждом танковом полку 32-й танковой дивизии и все 3 трактора ремонтно-восстановительного батальона.], армейских ремонтных средств, запасных частей. На армейском СПАМе во Львове техника ремонтировалась только средствами самих полков, после оставления Львова неходовая техника буксировалась от Старо-Константинова до станции погрузки в Проскуров.

На базе 32-й танковой дивизии в сентябре 1941 года были созданы 8-я (полковник П. А. Ротмистров) танковая бригада и 91-й танковый батальон.

8-я танковая дивизия была переформирована по штатам июля 1941 года, пополнившись техникой из 32-й дивизии. Под командованием полковника Пушкина 8-я танковая участвовала в обороне Днепропетровска в августе 1941 года. На ее базе в сентябре была сформирована 130-я танковая бригада. А бывший командир дивизии полковник П. С. Фотченков погиб в Уманском котле, возглавляя сводный отряд дивизии, оставшийся в 6-й армии.

Источник: механизированные корпуса РККА в бою: история автобронетанковых войск Красной Армии в 1940- 1941 годах, Е. Дриг,- 2005

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Яндекс.Метрика